«Мир искусства»

«Мир искусства»

Глава 2. Первая выставка журнала «Мир искусства»

Вскоре после выхода журнала Сергей Павлович организовал давно задуманную выставку под названием «Международная художественная выставка картин» – первая выставка журнала «Мир искусства». Выставка открылась 18 января 1899 года в помещении Музея училища технического рисования барона А. Л. Штиглица. На ней были представлены иностранные художники: французские импрессионисты – Эдгар Дега, Клод Моне; символисты – Гюстав Моро, Пьер Пюви де Шаванн; немецкие художники реалистического направления – Франц Ленбах, Макс Либерманн; финские – те же, что и на выставке русских и финских художников. Была представлена также бельгийская, норвежская и итальянская живопись и одна работа швейцарского символиста Арнольда Беклина. Русский отдел выставки состоял из работ тех же мастеров, которые участвовали в выставке русских и финских художников, но к ним прибавились Илья Ефимович Репин, скульптор Паоло (Павел Петрович) Трубецкой и еще несколько человек. Конечно, экспонировались также произведения друзей Дягилева – сотрудников журнала «Мир искусства»: Л. С. Бакста, А. Н. Бенуа и К. А. Сомова. Они стали известны как «мирискусники».

Молодые художники были в восторге от выставки и журнала. М. В. Нестеров сообщал своему другу: «Тут молодость, тут самонадеянность, тут талант, все это перепуталось страшно, и получилось всё же нечто, что может волновать, придавать интерес и энергию» . О статьях А. Н. Бенуа, помещенных в журнале, Нестеров заметил: «Талантливость, много мыслей верных и тонких».  Картины, представленные на выставке, вызвали такой же энтузиазм: «Как они ярки, как много в них света! Вот настоящая живопись! Там есть «настроение». Ясно, что надо делать».  Другой современник, Аркадий Александрович Рылов, писал: «От выставок я в восторге. Я всегда удивлялся, глядя на Дягилева, сидевшего на концертах в бывшем Дворянском собрании небрежно, нога на ногу, что этот по виду пшют может быть таким просвещенным в искусстве человеком, таким энергичным, талантливым устроителем выставок». 

Переписка Дягилева с Бенуа, а также воспоминания и письма их современников показывают, что инициатором создания общества и журнала «Мир искусства» был именно Дягилев. Он же отбирал работы на выставки. Молодой задор чувствовался во всей деятельности кружка. Современник вспоминает: «Самое привлекательное в этом кружке была его молодость – молодость личная и духовная всех его главных участников-вдохновителей движения и «учредителей» всех учреждений, с ним связанных. Как-то вдруг, точно из земли, вышла на свет эта маленькая группа фанатически воодушевлённых рыцарей художественной новизны /…/И. конечно, этот цветок мог вырасти только на столичной окраине страны, через которую она непосредственно соприкасалась с мировой культурой». 

Непримиримым врагом мирискусников выступил В. В. Стасов. Он начал борьбу в печати и против журнала, и против выставки. Стасов требовал от художников произведений социально направленных, злободневных, а деятельность объединения «Мира искусства» противоречила его взглядам на задачи художественного творчества. В январе 1899 года появились в печати две статьи Стасова – «Нищие духом» и «Подворье прокаженных». Уже сами названия статей говорят об отношении их автора к объекту критики. (Нельзя не отметить, кстати, что такие выражения – не форма для дискуссии). В первой статье шла речь о журнале и его программе, которую Стасов назвал «ужасами и нелепостями», – и это несмотря на явно просветительскую направленность журнала. Вторая статья была посвящена «Международной выставке картин журнала «Мир искусства». Стасов упрямо критиковал произведения Врубеля, французского художника-импрессиониста Эдгара. Дега, символиста Пьера Пюви де Шаванна и самих мирискусников. По-прежнему положительно Стасов оценил портреты Серова и пейзажи Левитана.

Стасов и Дягилев были знакомы друг с другом. Тетушку Дягилева, Анну Павловну Философову, Стасов глубоко уважал за ее полезную общественную деятельность. Дягилева он частенько называл «племянником нашей почтеннейшей Анны Павловны» и в письме к брату, Дмитрию Васильевичу Стасову, от 17 января 1898 года писал о Дягилеве: «Как мне этого трактовать – это очень трудно: он и племянник Анны Павловны Философовой, и ко мне лезет всегда с такими почтениями и превенансами (предупредительностями), что я просто затрудняюсь начать вдруг катать его в печати» . Но всё же статьи были опубликованы. В ответ Дягилев написал 29 января 1898 года «Ответ Стасову. Письмо в редакцию», которое хотел отправить в газету «Новости», где Стасов помещал свои статьи. Признавая заслуги знаменитого критика, Дягилев писал: «Между вами и мною в годах 50 лет разницы, поэтому, берясь за перо, чтобы ответить на ваши длинные и обстоятельные строки («Новости», №27), где десяток раз упоминалось вами мое имя, я чувствую какое-то невольное ощущение стеснения; я странно чувствую себя как бы внуком, отвечающим на грозный голос своего старого деда. Мне кажется, что до сих пор из нашего поколения никто еще не дерзнул ответить вам на ваши вызывающие и смелые писания, и это вполне объяснимо. Мы все издавна привыкли уважать в вас крупную единицу только что пережитой эпохи, перед которой мы не можем не преклоняться./…/

Мы привыкли видеть в Вас выдающегося проповедника прогресса в искусстве, сторонника всяких честных и искренних начинаний, безбоязненно и громогласно ищущего и смело рушившего всё, не подходящее под так счастливо найденный и так твёрдо установленный Вами критерий. В продолжение чуть ли не полстолетия Вы имели громадную силу содействовать возведению на пьедестал одних и отбрасыванию к забвению других. Вспомните расцвет вашей деятельности, вспомните Крамского, Репина, Антокольского, передвижные выставки, «Руслана» и молодую в то время музыку в России». Говоря о неизбежном завершении прошедшего периода в истории культуры, Дягилев пишет далее: «Вы сказали все, что могли и должны были сказать. /…/ Наконец, чтобы закончить мою заметку, хочу с одной краткой просьбой обратиться к вам: ведь мы оба с вами люди воспитанные, зачем же, откуда тот часто неудобный тон, который проявился в вашей заметке, зачем эти бесчисленные и ни для кого не убедительные бранные слова, зачем, наконец, эпитеты и клички вашему противнику, ведь вы знаете, что я не могу и никогда не буду отвечать вам в этом тоне». Дягилев напоминает: «Мы не высказались еще /…/, но время еще впереди, и в этом-то и есть наше счастье». 

Редакция «Новостей» отказалась публиковать «Письмо». Тогда Дягилев послал его самому Стасову с просьбой помочь ему с публикацией. Стасов искренне пытался это сделать. Но редакция отказала и ему, не желая устраивать в газете дискуссию.

Мирискусники – Бенуа, Бакст, Сомов – не изображали современную жизнь народа, и этим давали Стасову повод для возмущения. Их привлекали иные эпохи.

Вопросы к 2-й главе: Первая выставка журнала «Мира искусства»

1. Как называлась первая выставка журнала «Мир искусства»?
2. Какие художники были на ней представлены?
3. Какова была реакция В. В. Стасова на появление журнала и выставку «Мира искусства»?
4. Чем объясняется неприятие В. В. Стасовым деятельности «Мира искусства»?
5. Были ли знакомы друг с другом В. В. Стасов и С. П. Дягилев?
6. Как ответил С. П. Дягилев на статьи В. В. Стасова?
7. Что вам особенно понравилось в истории с письмом С. П. Дягилева? 
8. Пытался ли В. В. Стасов помочь С. П. Дягилеву опубликовать письмо?
9. Почему не удалось опубликовать письмо?